«МОЙ ПУТЬ, УВИТЫЙ ЗЛОМ И ЛОЖЬЮ»

Юрию Галичу в наши дни некоторые приписывают (наряду с Бехтеевым, Туроверовым и даже Мариной Цветаевой, не говоря уже о поэтах семидесятых годов) авторство весьма популярного романса «Поручик Голицын», мотивируя это их встречей в 1919 году в Киеве в тюрьме Осадного корпуса сечевиков на Пушкинской улице. Но, повторюсь, для «рафинированного эстета» слова романса несколько не те, да к тому же, думаю, Дон и казачество – отнюдь не стихия Георгия Гончаренко, русского армейского офицера, хранившего в течение всей жизни верность уставу и присяге. Задолго до своей смерти в стихотворении «Панихида» Юрий Галич, как и Максимиллиан Волощин, молится и за друзей, и «за врагов, сражавших и сражённых»: А потом к священному подножью
Припаду усталой головою – Пусть мой путь, увитый злом и ложью, Зарастёт колючею травою. Да, дважды разрушенная могила писателя и поэта на долгие годы заросла травой. Но её вырвали – в ХХI веке произведения Юрия Галича вернулись на родину, а вместе с ними вернулось и имя генерала русской армии, героя Первой мировой войны Георгия Ивановича Гончаренко.

Читать далее

Backing home — Возвращение домой

Открываю глаза и слышу тихий гул двигателей. Очень медленный, растягивающий звук лопастей, копотливый, шуршащий в глубине салона, растворяюсь в темноте неба. За окнами лайнера оно затянуто плывущими облаками. В привычном танце больших ватных клубков, кажется, что всё необычно. Ветер за окном ещё крепче.

Читать далее

Nothings good — Ничего хорошего

Что вернётся, то прок, то надел твой и толк. Так говорят уличные проповедники. Я видел их у гостиницы и мотеля. Сердце города. Самый тихий уголок этого места.
черашней газете убили девушку на крыше одного из этих небоскрёбов. А газета оказалась на два года старше сегодняшнего рванья. Странно, что она долго прожила на улице. Видимо, её кто-то хранил. На улицах нет места сожалению и милосердию. Оно только в приютах для бедняков и столовых для них же.

Читать далее

Чужих детей не бывает

Дядя Петя рассказывал эту необычную историю и в словах его тихой печалью звучали неизбывные боль и тоска, а в глазах  стояли слёзы от воспоминания пережитого в  прошлом мучительного расставания с живым источником своей короткой душевной радости. Может быть ещё и потому, что своих детей у него в жизни так и не случилось.
Где-то, наверное, живёт этот японец и, скорее всего,  даже не знает, что он обязан своей жизнью на земле человеческой доброте простого советского солдата, Петра Бутина.

Читать далее

Тишка

        Тишка продрог и начал икать. Где-то совсем рядом было тепло, пахло молоком. Котенок попытался приподняться на передние лапки. Эта попытка не увенчалась успехом. Оказывается, он совсем не мог передвигаться на своих ногах. Влажная шёрстка, прилипшая к телу, вызывала неудержимую дрожь, а запах молока был так заманчив, что он решился ещё на одно мучительное усилие. Теперь он начал двигать брюшком, помогая себе передними лапкам. Несколько неуклюжих движений и он прижался к мягкому и тёплому боку.

Читать далее

ВАСАБИ

Душная тихая комната впитывает бетонными стенами городской шум и редкие к вечеру отголоски Кагосима-сити. На столе кипяток в чашке, — …

Читать далее

Самый решительный бой…

В том, 2014-м году дни перед майским праздником Победы не витало в стенах школы приподнятое настроение.  Ведь приближалось 9 мая, а на юго-востоке страны тогда начиналась  война. Впрочем, в Днепропетровске, где и происходили описываемые события, на улицах не стреляли.

Читать далее

Несколько слов о…

Славный день или славная ночь. В них так хочется раствориться и только привычное тиканье часов, безмолвно двигающих стрелки, медленно вплетаясь в сладкую полутьму эркера, дают о себе знать. Я думаю о прекрасной незнакомке, повстречавшейся мне в сети и блеск привычного бордо прибавляет в бокале. Я думаю о ней всё чаще. За эту ночь я вспомнил её почти десять раз и что-то случилось со мной. Что-то ускользает.

Читать далее

Раз они долетели, то и мы дойти обязаны!

Тёплый дождь превратил окопы и траншеи защитников города в песчано-глиняное месиво. Но обитатели этих укрытий не обращали на это ни малейшего внимания. Продолжавшийся с раннего утра артобстрел стих, и теперь шум падающей воды заглушали безобидные раскаты грома.
Перепачканные с ног до головы бойцы сгрудились под накатом из брёвен. Раскуривали самокрутки и ловили каждое слово старшины, читавшего вслух заметку из фронтовой газеты.

Читать далее