Всё лучшее в жизни от стихов

Биографический очерк

Память детства, бисером фрагменты,
Их в узор пытаюсь я сложить.
Те запечатлённые моменты
Память вечно будет ворошить…

     С сестрой Таней у меня разница в возрасте четыре года, с братом Мишей — шесть лет. В детстве, когда тебе ещё нет семи, эти годы кажутся вечностью. А меня с братом и сестрой, кроме «вечности», разделяло ещё расстояние почти в восемьсот километров. Я жила с бабушкой в Минусинске, а они с родителями – в Туве. Но наступало лето, а вместе с ним каникулы у бабушки для Тани и Миши. С их приездом я приобретала значимость в глазах местной ребятни. На скамеечке возле нашего дома по вечерам собирались подростки тринадцати-пятнадцати лет, пели под гитару песни бардов, большинство из которых привозил мой брат, поскольку в провинциальный Минусинск всё передовое приходило позже, чем на Всесоюзную стройку «Туваасбест». Молодёжь расходилась с наступлением темноты. Меня бабуля укладывала спать вовремя. Но, сославшись на духоту, можно было открыть окно или пойти спать в сени – и слушать, слушать, засыпая под волшебные звуки струн. Это было моё первое знакомство с авторской песней.

     Когда я перешла в восьмой класс, мой брат вернулся из армии и устроился работать шофёром. Несколько раз за лето я проехала с ним по кольцу: Ак-Довурак – Кызыл – Минусинск – Абаза – Ак-Довурак. ДорÓгой мы читали друг другу стихи. Он мне – Э. Асадова, В. Тушнову, А. Вознесенского, Б. Ахмадулину. Я вспоминала стихи из школьной программы, читала свои собственные и поэтессы, с творчеством которой познакомилась случайно.

     Случай этот произошёл в школе. Начну с предыстории. Последнюю четверть пятого класса и последующий шестой я училась в Ак-Довураке, жила у мамы. Уровень преподавания в Минусинске был выше, там я была хорошисткой, а в Туве сразу стала отличницей. А тут ещё на уроке английского не просто перевела содержание стихотворения на русский язык, а сделала поэтический перевод. И началось! То для гостей в классе попросят почитать, то на торжественной линейке выступить. Но одно дело – выйти к школьной доске или на линейке сделать всего шаг вперёд от своего класса. А тут такое! Меня позвала в пионерскую комнату учительница, которая в нашем классе не преподавала. Объяснила, что готовится школьное мероприятие, где мне нужно будет читать стихи со сцены. Я представила, как стою одна на возвышении перед огромным залом, и заупрямилась. Учительница обошлась без нравоучений, смогла разговорить меня, выпытать, в чём причина отказа. Я призналась, что не только боюсь выходить на сцену, но и очень стесняюсь, потому что некрасивая, горбоносая. Моя собеседница достала фотографию женщины, профиль которой мне напоминал мой собственный, улыбнулась и спросила: «Знаешь, кто это?». Я не знала. «Это поэтесса – Анна Андреевна Ахматова, – зазвучали нотки восторженности в голосе учительницы. – Её считали одной из красивейших женщин Петербурга. Ты немного на неё похожа». С этого момента комплексы меня постепенно стали покидать и появился интерес к творчеству Анны Ахматовой, а позже – к другим поэтам Серебряного века.

     В моей жизни было ещё много людей, которые формировали интерес к поэзии, укрепляли мою уверенность в собственных способностях к стихосложению. Это корреспондент газеты «Искра Ильича» Татьяна Фурдык, которой я приносила свои стихи, эссе, школьные заметки. Это, конечно же, поэтесса, руководитель литобъединения при газете «Тувинская правда» Светлана Козлова, письма которой я храню до сих пор. Это и руководитель курса режиссуры Лев Алексеевич Нюхалов, который единственной мне из своих студентов разрешал в сценарной работе использовать стихи собственного сочинения. Но первым, кто заметил, что ребёнок рифмует слова, и кто очень хотел, чтобы внучка стала поэтессой, был мой дедушка – Фёдор Иванович Аникин. Если бы он не ушёл из жизни слишком рано, моя жизнь сложилась бы иначе. Думаю, самое главное – он оказал бы влияние на выбор моей будущей профессии. Но сложилось так, как сложилось. Правда, неудачное замужество надолго оторвало меня от творчества. Всё чаще стали заходить в мой дом трудные жизненные ситуации и всё реже муза. Только когда я подняла, выучила двух своих сыновей, как бы вспомнила, что у меня есть долг перед памятью деда, перед всеми людьми, кто верил в меня. Сейчас я осознаю, что в самые трудные минуты свет их души помогал мне идти вперёд, а благодаря стихам происходило всё лучшее в моей жизни.

В печали и в радости друг долгожданный,
О, муза! к тебе я взываю в тиши.
Ты знаешь о всех сокровенных желаньях
Моей, не понятной самой мне, души.
Святая тебе совершается месса
В звучании сердцем рифмованных слов.
Известной не стала пусть я поэтессой,
Всё лучшее в жизни моей от стихов.

.

.

kseniaost

Ветеран педагогического труда. Член Союза писателей России. Автор шести книг стихов, песен и прозы. Председатель правления Межрегиональной ассоциации литобъединений юга Красноярского края и республики Хакасия.

Посмотреть все записи автора kseniaost →

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.